«Неучёный учёный» Яков Перельман.

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 1

Учил всю страну, но профессором ему быть не довелось. Всю жизнь писал – а писателем не был. 

Народный профессор СССР. Что значит народный профессор? Официально такого звания нет, никто бы не дал выпускнику Лесного института, пусть и преуспевшему в учебе, такой титул. В чем же секрет? В таланте незаурядного человека, подарившего нам «декретное время», научно-фантастический жанр, занимательную физику, химию, астрономию. Речь идет о Якове Исидоровиче Перельмане. О его жизни, так нелепо и рано оборвавшейся в 1942 году в блокадном Ленинграде, можно писать романы. Сделаем же попытку напомнить читателям об уникальной личности.

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 2

Книга на века

Загляните в любой современный книжный интернет магазин и наберите в поиске фамилию автора — Перельман. Выйдет десяток или более популярных книг: «Занимательная физика», «Занимательная геометрия», «Живая математика», а еще есть механика, астрономия и головоломки. Припоминаете? И у вас в юности была такая? Совершенно верно, первая издана более ста лет назад, и никто пока не смог написать лучше. Свою первую книжку Яков Перельман писал 2 года, он тщательно подбирал физические опыты и примеры, понятные для широкого круга читателей. Книга написана простым доступным языком, с соблюдением всех тонкостей научного изложения.  

Свою первую книжку Яков Перельман писал 2 года, он тщательно подбирал физические опыты и примеры, понятные для широкого круга читателей. Книга написана простым доступным языком, с соблюдением всех тонкостей научного изложения. Известный книгоиздатель Петр Сойкин, в журнале которого работал Перельман, пришел в ужас от бесперспективности трудов: разве можно говорить о науке завлекательно? Ждали разгромных отзывов. Но книга заинтересовала не только учащуюся молодежь, но и крупных ученых-физиков.

Торговцы книжных лавок постоянно требовали допечатать тираж и выпустить продолжение занятной брошюры. Профессор Петербургского университета известный русский физик О. Хвольсон пожелал встретиться с молодым ученым, делающим такие успехи в науке. Его ждало потрясение: автор не имел никакого отношения к Академии Наук, а получив специальность лесовода, работал журналистом.  

Способный ученик 

Какие люди повлияли на развитие познавательных способностей маленького Якова, кто будил ум ребенка и приучил видеть жизнь как череду удивительных загадок и парадоксов? Конечно, это мать, работавшая учительницей начальных классов. Яша родился в городе Белосток, что был в Гродненской губернии (сейчас Польша)в ноябре, 22 числа 1882 года в еврейской семье. Жили бедно, но стало еще труднее, когда умер отец. Мать поклялась поставить своих сыновей на ноги и дать образование. Оба с прекрасными знаниям по математике, иностранному языку поступили в местное реальное училище.  

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 3

Оно славилось увлеченными учителями, их задор передавался детям. Яша обожал своего учителя по физике А.А. Мазлумова. Ни один урок не обходился без практики, демонстрации физического опыта, будил воображение, заставлял искать ответы. Почему водопроводный кран надо откручивать, а краник у самовара поворачивать? Почему оса жалит всех больнее? 

Другой преподаватель — Е.Н. Бунимович, тоже, как и Мазлумов, выпускник Санкт-Петербургского университета, не провел ни одного урока математики без головоломки, хитрой задачи, эксперимента с числами. 

Сохранилась характеристика, которую начальник училища дал выпускнику Якову Перельману. Там юноша назван «лучшим по успеху», отмечался его ум – «выше, чем у товарищей» и огромный объем прочитанной за годы учебы литературы, чаще научной. Не забыли отметить и характер: спокойный и тихий. 

Мать убедила Якова поступать в Лесной институт в Санкт-Петербурге, там уже учился старший сын, подрабатывая писательством. 

Учиться было трудно, но только из-за материальных проблем. Сама учеба доставляла удовольствие, и вот, в 1908 году Яков Перельман становится дипломированным специалистом, ученым-лесоводом. Его дипломная работа «Старорусский лесопильный завод. Его оборудование и работа» была рекомендована к распространению по стране для «практического использования на местах». 

Выстроилась очередь желающих взять его на работу. Якова желали оставить на кафедре института, предлагали должность лесоустроителя с большим окладом и домом, ждали в качестве «управляющего дубравами». 

Яков остался верен журналу «Природа и люди», изданию о науке, искусстве и литературе, с которым он сотрудничал уже давно. 

От первого гонорара до отца научной фантастики 

Первый гонорар, 7 рублей, Яков получил, будучи студентом реального училища. Правда, из восторженных поклонников была только мама, она поддержала идею создания очерка в «Гродненских губернских ведомостях». Больше никто не знал, что под автором, указавшим буквы Я. П., скрывается 16-летний ученик, нарушивший запрет училища об участии в любых публичных делах. 

Что же заставило подростка взяться за статью? Наглые околонаучные рассуждения некого магистра Махина, посмевшего сделать сенсацию на участившихся осенних «звездопадах» с предречением конца света. Паники книжка не вызвала, но поводом для разговоров стала. 

Яков решает разоблачить обманщика. Около 2-х месяцев он потратил на изучение астрологических научных трудов, проанализировал повторяющееся природное явление, высчитал периодичность его появления. Затем в доступной, популярной форме с долей иронии рассказал читателям о «небесных фейерверках». 

Уже в институте Яков подрабатывает ответственным секретарем журнала «Природа и люди». Ему не нужно искать авторов, он сам пишет ряд статей на научные тематики легким языком. Работы подписывает по-разному. Журнал пользуется большой популярностью. Там впервые появляются научно-фантастические рассказы, этот термин ввел Перельман, ранее эти понятия не смешивали. 

Как скучное сделать занимательным и все успеть 

Как вскипятить воду в бумажной коробке? Как измерить ширину реки без лодки? Какая ложка при размешивании сахара растворится быстрее рафинада? 

Может, кто из ученых химиков, физиков, математиков и может сразу ответить на эти вопросы, но понятно объяснить другим – это редкость. 

Как можно досконально разбираться в физике, химии, математике, астрономии, геометрии, обладать даром писателя-фантаста, одновременно корректируя чужие журналы и научные труды? А еще он составляет учебные программы для министерства просвещения. Видимо, Яков Перельман знал секрет увеличения суток, чтобы все успеть. 

В 1915 году, будучи на отдыхе, Яков влюбляется в Анну Каминскую и делает ей предложение. Она, что странно для женщин для того времени, молодой врач. Перельман любит парадоксы, к тому же она хороша собой и умна. 

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 4

В 1916 году Перельман принимает участие в петроградском «особом совещании по топливу». Сделав основательные расчеты, он предлагает передвинуть стрелки часов вперед. Это может сказаться на экономии горючего, что и было сделано. Эксперимент по переводу стрелок на час вперед летом и обратно зимой доказал правильный расчет Перельмана и был признан эффективным. С 1930 года на всей территории СССР установили «декретное время». 

В 1918 году в СССР был принят указ о переходе на единую метрическую систему. Новшество было принято «в штыки», а Перельман вовремя выпускает популярные брошюры. Там в занимательной форме переводятся одни меры в другие, а читатель ненавязчиво, но верно приходит к выводу о простоте использования новых единиц измерения. Например, против современных мер измерения объема – литра и миллилитра, воевали шкалик, чарка, штоф, ведро, бочка и … проиграли. 

Имя Перельмана в 30-х годах также связывают с разработкой первой в СССР ракеты против градовых туч. 

Даже во время войны в блокадном Ленинграде он не переставал дарить свой талант людям. Отказавшись покидать город, Перельман читал лекции раненым в госпиталях, разведчикам перед спецзаданиями: как ориентироваться на незнакомой местности, точно определить расстояние без приборов, быстро запоминать большой объем информации. Супруга работала в госпитале. В марте 1942 года великого Перельмана не стало. Чуть раньше, зимой, от истощения умерла и жена Анна. 

Уважаемый профессор 

Книги его и сейчас вне конкуренции, их изучают дети, как читали их родители и деды. Сколько людей пришли в науку благодаря Якову Перельману, сколько двоечников полюбили физику или математику и изменили свое отношение к школе! 

Люди по всей планете на 22 языках читают о занимательных науках, а тиражи в 70-х годах достигали 13 миллионов экземпляров. 

Со всего Советского Союза Якову Перельману летели письма от благодарных ценителей его таланта объяснить сложное просто. Начинались они всегда одинаково: «Здравствуйте, уважаемый профессор!» Опять парадокс! Учил всю страну, но профессором ему быть не довелось. Всю жизнь писал – а писателем не был. 

Самой известной книгой Якова Перельмана вполне справедливо считается «Занимательная физика», ведь ею зачитывались все без исключения советские ребята, затем избравшие для себя техническую стезю. Самой же забытой в послевоенные годы работой «великого популяризатора» стали «Межпланетные путешествия». Причём забытой совершенно несправедливо, ведь именно она вызвала интерес к космосу у тех, кто спустя годы запустил первый спутник, вывел человека в космос, послал автоматические станции к другим планетам…

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 5

ТРИНАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ

Говорят, что ещё долгие годы после окончания Великой Отечественной войны в Ленинград, на Плуталову улицу, дом 2 приходили письма, адресованные Якову Исидоровичу Перельману. К писателю обращались с вопросами, не зная, что его уже нет в живых, что погиб он от голода и холода в блокадном Ленинграде. Теперь, к сожалению, книги Я.И.Перельмана переиздаются редко. Но было время, когда он являлся настоящим «властителем дум» нескольких поколений читателей.

Конечно, самая знаменитая его книга — «Занимательная физика». Впервые она вышла в свет в 1913 г. и с тех пор переиздавалась более двадцати раз! И так почти любая книжка этого непревзойдённого мастера интересно и доступно рассказывать о самых разных науках. Его «Занимательная алгебра» выдержала тринадцать изданий. «Занимательная геометрия» и «Занимательная астрономия» — по одиннадцать. «Занимательная арифметика» выходила девять раз. «Занимательная механика» — семь.

Когда дотошные библиографы подсчитали, каков же общий тираж перельмановских книг, изданных только в нашей стране, то получилась «астрономическая» цифра: более тринадцати миллионов экземпляров! Цифра эта намного возрастёт, если учесть и зарубежные издания — в европейских странах, Египте, Японии, Китае.

Плуталова улица — тихая улочка на Петроградской стороне. Здесь Перельман поселился с женой, Анной Давидовной, в далёком 1915 г. и прожил почти безвыездно двадцать семь лет. Адрес писателя был широко известен. Яков Исидорович имел обыкновение указывать его в своих книгах с тем, чтобы каждый при желании мог ему написать, а то и посетить.

Вот сюда, в квартиру №12, пришёл однажды будущий литератор, а тогда, в 1936 г., молодой журналист Лев Разгон. Спустя много лет он вспоминал о том, что увидел.

Стены большой комнаты, рабочего кабинета Перельмана, были сплошь заставлены книжными шкафами и стеллажами, в которых располагались бесчисленные ящички, плотно набитые аккуратными каталожными карточками. На диване, на стульях и просто на полу — кипы журналов, иностранных и отечественных. «Среди этих горных хребтов книг, папок, ящиков, — рассказывал Разгон, — медленно и неслышно расхаживал сам хозяин. Небольшого роста, сутуловатый. За старомодным, «чеховским», пенсне натруженные подслеповатые глаза. Движения его медлительны, но безостановочны, и весь он — маленький, в потёртой бархатной блузе — напоминает чем-то доброго сказочного гнома».

Не прерывая беседы, Яков Исидорович «обрабатывал» свежую почту. Вскрывал конверты и пакеты. Бегло прочитывал письма. Перелистывал журналы, делал в них какие-то пометки или же брал карточку, быстро что-то записывал на ней, не оборачиваясь доставал ящик и привычным движением ставил карточку именно туда, куда следовало. «Смотреть на всё это, — вспоминал Разгон, — было не только интересно — увлекательно! Как будто перед тобой бесперебойно работала хорошо налаженная, отрегулированная интеллектуальная машина».

«ПИШИТЕ, НЕПРЕМЕННО ПИШИТЕ!»

Будучи создателем удивительных книг о науке Перельман, как это не удивительно, по образованию не был ни физиком, ни математиком, ни астрономом. Он закончил в 1908 г. петербургский Лесной институт (с отличием!), но лесоводом так и не стал. Ещё студентом Яков Перельман начал сотрудничать с знаменитым столичным журналом «Природа и люди». Ко дню окончания института он настолько увлёкся журналистикой, популяризацией науки, что уже не мыслил свою жизнь без литературной работы.

К тому времени молодой литератор уже был автором сотен научно-популярных статей, очерков и заметок по астрономии, физике, математике. На всю жизнь запомнились Якову Исидоровичу напутственные слова, сказанные ему известным петербургским физиком О.Д.Хволсоном: «Лесоводов у нас много, а вот людей, умеющих так увлекательно писать о физике, нет вовсе. Пишите, непременно пишите!». И Перельман самозабвенно отдался делу, которое было его настоящим призванием — популяризации науки. Не имея никаких научных степеней и званий, он стал истинным профессором занимательных наук.

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 6

ПОРАЗИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ

Наступил 1912 г. Перельман уже был известным журналистом, работал над своей «Занимательной физикой», когда в петербургском журнале «Вестник воздухоплавания» появилась работа К.Э.Циолковского «Исследование мировых пространств реактивными приборами». В те времена и автомобили-то были в диковинку, авиация только набирала силы, а в статье Циолковского говорилось о проникновении человека в мировое пространство, о полёте с чудовищной скоростью. «Предлагаю род ракеты, — писал Циолковский, — но ракеты грандиозной и особенным образом устроенной».

Статья в «Вестнике воздухоплавания» буквально ошеломила Якова Исидоровича. Неведомый ему Циолковский указывал путь в безбрежное космическое пространство. Эти идеи захватили Перельмана. Он понял, что и сам сможет принести немалую пользу, если станет пропагандировать их. У него возникла смелая мысль написать первую в мире научно-популярную книгу о предстоящих полётах во Вселенную.

Естественно было обратиться за советом и поддержкой к самому Циолковскому. Адрес учёного Перельман узнал в редакции «Вестника воздухоплавания». Константин Эдуардович Циолковский жил в Калуге. Перельман написал ему, попросил прислать биографические сведения, портрет, список главных трудов.

ФАНТАСТИКА ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?

Первое письмо Якова Исидоровича к Циолковскому, к сожалению, не сохранилось. Но уцелело ответное, датированное 8 сентября 1913 г.

«Милостивый Государь! — писал в нём Константин Эдуардович. — На письмо Ваше от 29 августа я в тот же день ответил… Из своей жизни могу пока сообщить только следующее. Я родился в 1857 г. Пробыл учителем 33 года и теперь им состою. Жизнь и силы поглощались трудом ради куска хлеба, а на высшие стремления оставалось мало времени и ещё меньше энергии. Учительский труд мой оплачивается и оплачивался скудно, но я его всё-таки любил и люблю. Жизнь несла мне множество горестей, и только душа, кипящая радостным миром идей, помогла мне их перенести…».

К письму были приложены фотография, сделанная, как писал Циолковский, «лучшим калужским фотографом», и перечень трудов.

Начатая таким образом переписка продолжалась много лет, до самой кончины основоположника звездоплавания. Перельману потребовалось ещё не раз уточнять детали его будущей книги. К тому же он готовился к публичной лекции о межпланетных сообщениях, первой в России на эту тему.

В зале Петербургской консерватории (именно там с разрешения её ректора, композитора А.К.Глазунова состоялась необычная лекция) в тот вечер было полно народа. Ещё бы! Ведь докладчик собирался ответить на интригующий вопрос: суждено ли человечеству когда-либо разорвать цепи земного притяжения и достичь других планет? Впервые петербуржцы услыхали так много о Циолковском и его идеях.

Лекция Перельмана произвела на слушателей огромное впечатление. Самые крупные столичные газеты живо отозвались на это событие. Откликнулись «Речь», «Биржевые ведомости», «Новое время», «Русский инвалид». А газета «Современное слово» поместила выдержки из доклада Перельмана в виде отдельной статьи под названием «Возможны ли межпланетные путешествия?».

КНИГА О ЗВЕЗДОПЛАВАНИИ

Об успехе доклада, о прениях, которые разгорелись после него в зале консерватории (выступили, например, астроном, исследователь Марса Г.А.Тихов и учёный-народоволец Н.А.Морозов), Циолковский узнал из сообщений прессы и письма Перельмана. Была в этом письме и вырезка со статьёй о межпланетных путешествиях.

«Глубокоуважаемый Яков Исидорович! Письмо Ваше и статью в «Современном слове» получил и с удовольствием прочёл, — ответил растроганный учёный. — Вы подняли дорогой мне вопрос, и я не знаю, как Вас благодарить. В результате я опять занялся ракетой и кое-что сделал новое. Благодарю за обещание прислать мне Ваш доклад, если он будет напечатан. Отчёты о нём я читал во многих газетах».

Первая мировая война была в разгаре. И в это трудное время, в конце лета 1915 г., в петербургском издательстве П.П.Сойкина вышла книга Перельмана «Межпланетные путешествия». Выглядела она скромно. Тонкая — объёмом в сто страниц. На обложке был изображён кусочек звёздного неба, а на его фоне — космическая ракета, летящая в мировом пространстве.

Нетрудно представить, с каким удивлением раскрывали эту книгу тогдашние читатели. Странно, непривычно звучали для них названия глав: «Борьба с тяготением», «К звёздам на ракете», «Жизнь на корабле Вселенной».

Конечно, в те отдалённые годы мысль о странствиях в межзвёздных просторах, о посещении других планет была лишь заманчивой мечтой, не более. Но ведь успехи техники были налицо, быстро прогрессировала авиация. «Отчего же не допустить, — спрашивав Перельман в своей книге, — что со временем осуществится и мечта о космических путешествиях, что наступит день, когда небесные корабли ринутся в глубь Вселенной и перенесут бывших пленников Земли на Луну, на планеты, даже, быть может, в системы других солнц, далёких звёзд?».

ПАКЕТ ИЗ ПЕТРОГРАДА

"Неучёный учёный" Яков Перельман. 7

Заглядывая далеко вперед, Перельман рассказывал о пребывании космонавтов на Луне и Марсе: «В особых непроницаемых костюмах, вроде водолазных, будущие Колумбы Вселенной, высадившись на планету, рискнут выйти из небесного корабля. С запасом кислорода в металлическом ранце за плечами они смогут бродить по почве неведомого мира, вести научные наблюдения, изучать его природу». Путешествия по Луне или Марсу, предсказывал Перельман, будут совершаться в специальных «автомобилях, привезённых с собой».

А ведь так и происходило на самом деле, когда земляне опустились на поверхность Луны. И скафандры были на космонавтах («костюмы, вроде водолазных»), и лунные автомобили они имели в своём распоряжении.

В один из летних дней 1915 г. из Петрограда в Калугу пришёл пакет. По его фирменной надписи «Издательство П.П.Сойкина» Циолковский сразу понял, что это — от Перельмана. Действительно, в пакете находилась его новая книга «Межпланетные путешествия», первая в мире общедоступная книжка о космонавтике. На титульном листе учёный прочитал дарственную надпись: «Инициатору этой книги, глубокоуважаемому Константину Эдуардовичу Циолковскому от автора. 1915.14.VII. Я. Перельман».

Было большим достижением издать такую книгу в военное время. Она имела успех и увлекла многих. Прочитав её, сотни людей поверили в реальность предстоящих космических полётов.

Прошло всего четыре года, и потребовалось новое издание «Межпланетных путешествий». Но второй раз книга вышла уже при новой власти, в 1919 г. В Петрограде — голод холод, разруха. И в этих условиях работники типографии, что находилась на Измайловском проспекте, коченеющими от мороза пальцами набирали книжку о звездоплавании. Факт удивительный!

НОВЫЕ ВРЕМЕНА, НОВЫЕ ИМЕНА

Вышло второе издание, а вскоре, в том же 1919 г., и третье. Спустя четыре года появилось четвёртое, а ещё через год — пятое. Каждую новую свою книгу Яков Исидорович считал долгом послать в Калугу, Циолковскому.

«Я писал Вам, — напоминал Перельман учёному весной 1928 г., — что готовлю новое издание моих «Межпланетных путешествий». Речь шла о шестом издании этой книги. Она и раньше обновлялась и пополнялась. За прошедшие годы многое изменилось. Путешествие в космос уже не казалось лишь задачей «чисто теоретической». Уже можно было говорить о довольно-таки близких сроках. Делались первые опыты. Приходили интересные вести из Америки, Германии, Франции. И всё это Перельману требовалось учесть.

В 1915 г. можно было говорить лишь о ракете Циолковского. Теперь вслед за русским учёным пошли и зарубежные исследователи. Американский профессор Роберт Годдард начал первые опыты с ракетами, снабжёнными жидкостными двигателями. Немецкий учёный Герман Оберт разрабатывал проекты межпланетных кораблей. Его соотечественник, инженер Гоман рассчитывал межпланетные трассы.

Шестое издание вышло в 1928 г. Книжка открывалась предисловием Циолковского. Он писал: «Широким кругам читателей идеи мои стали известны лишь с того времени, когда за пропаганду их принялся автор «Занимательной физики» Я.И.Перельман». А в письме к Якову Исидоровичу добавлял с чувством благодарности: «Вас и Ваше расположение ко мне и моим трудам никогда не забываю и не забуду».

В 1932 г вышло седьмое по счёту издание «Межпланетных путешествий» («вновь переработанное и дополненное»). В следующем году восьмое. Ещё через год — девятое и, наконец, в 1935-м — последнее, десятое — самое подобное и самое обстоятельное.

ТРАГИЧЕСКИЙ ФИНАЛ

В этом, десятом, издании уже можно встретить имена тех, кто впоследствии станет творцами нашей ракетной техники и отправит в полёт первые космические корабли: Сергея Павловича Королёва, Валентина Петровича Глушко, Юрия Александровича Победоносцева. По их собственным словам, в том, что они посвятили себя космонавтике, большое значение имели и перельмановские «Межпланетные путешествия». С.П.Королёв писал Перельману весной 1935 г.: «Ваши книги я всегда читаю с большим удовольствием». Конструктор ракетных двигателей, академик В.П.Глушко вспоминал: «Эта книга дала мне правильное направление в моем увлечении космическими полётами. Так я впервые узнал о работах К.Э. Циолковского». О том же рассказывали космонавты К.Феоктистов, Б.Егоров, Г.Гречко. И в их судьбах много значили книги Я.И. Перельмана.

Накануне Великой Отечественной войны Яков Исидорович закончил подготовку новых изданий «Занимательной физики» и «Межпланетных путешествий». Война перечеркнула всё. Перельману шёл 60-й год. Эвакуироваться из Ленинграда он и его жена отказались. Анна Давидовна, врач по специальности, начала работать в госпитале. Яков Исидорович читал лекции на военных курсах. Когда в блокадном Ленинграде остановились трамваи, он вынужден был ходить на лекции пешком через весь город.

Силы таяли. В середине января 1942 г. от истощения умерла Анна Давидовна. Яков Исидорович остался один в заледенелой квартире. Стёкла к окнах были выбиты, а пустые рамы — завешены одеялами;

Настал день, когда писатель уже не смог подняться с постели. Он скончался 16 марта 1942 г. Так мученически завершилась жизнь выдающегося популяризатора науки, приобщившего к знаниям миллионы людей, И до него и после писались научно-популярные книга. Популярные, но, увы, не занимательные. Перельман обладал редким даром удивляться и удивлять других. Вот почему его книгам было суждено такое поразительное долголетие.

Добавить комментарий