Интервью с со-основателем Википедии Dr. Ларри Сэнгером

Интервью с со-основателем Википедии Dr. Ларри Сэнгером 1

«Я решил, что не хочу идти в академическую философию, и основал Википедию», — говорит Ларри. Сейчас он развивает другие американские интернет-проекты, которые считает намного важнее Википедии. В 2000 году Университет штата Огайо присвоил Сэнгеру степень доктора после защиты диссертации «Эпистемическая цикличность: Очерк по проблеме мета-обоснования».

— Ларри, расскажите, пожалуйста, кратко о своём бэкграунде и об интересах, которые вы преследуете на сегодня?

Интервью с со-основателем Википедии Dr. Ларри Сэнгером 2
Скрин из скайп-видео, во время интервью (ноябрь, 2020)

 — Я родился в городе Бельвью в Вашингтоне и вырос в Анкоридже, Южная Аляска. Первым моим действительно большим проектом стала Википедия. После я занимался проектом Reading Bear, который учит детей читать, был консультантом до последнего года в Эврипедии. Текущий мой проект The Knowledge Standarts Foundation – мы только начали, хотя над идеей я работал уже очень давно. Энцикло-концепты как блогосфера для обновлённых энциклопедий, построенные на URSS, позволят искать по всем энциклопедиям мира с системой рейтинга по предмету. Мир больше не ограничен Википедией. Способности как энциклопедий, так и блогосферы расширены и переплетены, чтобы обеспечить каждому делиться своими мнениями с миром в энциклосфере.

— Поскольку вы вложились в успешный старт Википедии, как бы вы описали её трансформацию сквозь все годы? Вы ушли из неё после года жизни, по причине того, что, пользуясь Вашим выражением, «она была захвачена троллями».

— После знакомства с концепцией «вики» я предложил основателю компании BomisДжимми Уэйлсу применить эту концепцию в отношении Nupedia, чтобы ускорить её наполнение. Это привело к созданию веб-сайта Wikipedia (название придумал я, как главный редактор), которая изначально задумывалась для предварительной разработки материалов, которые потом были бы размещены в Нупедии. Предшественница Википедии была более академическим проектом. Большинство ранних участников Википедии пришли именно оттуда и вложились первые 6-9 месяцев в Википедию – это было как хорошее начало с хорошей привычкой. Я сформулировал основную часть политики, принципов и правил Википедии и её сообщества. Но в дальнейшем Википедия действительно была занята «плохими актёрами», люди, у которых не было в сердце интереса к серьёзным знаниям и честным исследованиям.

В какой-то момент компания утратила способность платить мне, а затем я и сам полностью обрезал связи, потому что управлять Википедией стали «трудные» люди, которых Уэйлс отказывался называть; менеджмент стал наполнен «выездными экспертами» без реальной роли в проекте. Такое существование продолжилось без кого-либо на реальной роли, как была у меня первые 15 месяцев проекта.

4,5,6 лет было нормально – Википедия завоёвывала мир, вошла в первую десятку сайтов мира как доминирующий в поиске. А потом контент стал более и более противоречивым, зависящим от мнений. Не только точка зрения научного истеблишмента стала превалировать, но и политическая, вытесняя постепенно нейтральную точку зрения из Википедии. К 2015 году свормулированная мною политика нейтрального мнения уже отсутствовала напрочь. 

Плюс, добавилось полное отсутствие прозрачности – информации о том, кто контролирует Википедию. Да, законные собственники это фонд WikiMedia, да, вы можете идентифицировать тех кто в совете директоров, но они не контролируют контент! Контент контролируется администраторами, а большинство их идентичностей анонимно. Сотни, если не тысячи влиятельных анонимных администраторов. Они могут быть представителями корпораций, шпионами, пропагандистами, которые работают на правительство, на новости, на промышленников. Возможность для мошенничества и коррупции невероятно высока.

Если мы что-то и узнали из Википедии в последние 4 года, так это то, что знание — сила, а способность формировать нарратив в большой степени подталкивает события вперёд. И у Википедии есть большая доля этой способности. 

— А насколько вообще это надёжный источник? Допустимо ли его применение для исследования, а не только для получения справодной информации?

— Зависит от сферы исследования. В любом случае, нужно консультироваться с экспертами. Википедия действительно огромна. 10-15 лет назад люди говорили, что статьи по математике, информатике надёжны, потому что они из относительно объективных источников. Например, как работает операционная система или каковы свойства химических элементов. Такого рода информация может быть скопирована из профессионально курируемых источников. Но даже на такое полагаться уже не стоит.

Думаю, общий совет, который можно дать всем исследователям – это использовать множественные источники, которые перепроверяют друг друга.

Для определённых тем Википедия полезна, но особенно её польза проявляется для поиска источников. Хотя, по мере специализации тем, качество статей в Википедии становится всё более и более неровным. Даже написанное выдающимся профессором и поэтому не проверенное никем, может содержать ошибку.

— Когда вы как учёный проводите исследование, как вы ранжируете источники? Какие для вас в приоритете? Какого рода источникам вы сами доверяете?

— Сейчас я пишу книгу о философии регилии. Знаете, споры о существовании Бога. И в этой области 2 очень разных вида источников. Классические ещё более-менее одноголосны, потому что с тех времён осиалось лишь то, с чем люди были согласны, остальное уничтожалось. Но когда касается 21 столетия, тут множественные соревновательные традиции: аналитическая, католическая, протестантская традиции… Эти люди не говорят друг с другом. Выбрать надёжный источник, когда столько написано, очень трудно. Можно написать уважаемую работу в одной традиции. Но обзорную между ними – написать невозможно: каждая отдельно взятая традиция попросту игнорирует всё остальное. 

В какой традиции я работаю? Я пользуюсь стандартными справочниками типа BlackwellCompanions «A company for Epistemology», Стэнфордской энциклопедией по философии – ну, это чтобы начать. Собственно, это аналитическая традиция. И надо быть готовым к тому, что если вы выбираете аналитическую традицию, то они даже не упомянут о высоко уважаемых людях из других традиций. 

— Правила научных сообществ порой крайне затейливы… Что вы скажете о состоянии науки на сегодня? Я не говорю только про «жёсткую» науку. Может, наши предшественники были лучше – в 19, 18, даже 16 веке?

— О 16 веке я не знаю. Золотым веком исследований я считаю время между 1930-ми и 1970-ми, по крайней мере, в философии. Там был баланс между поиском истинной сути, вниманием на вещи, которые действительно важны, и ясным изложением, не уходящим в несущественные детали. Сейчас, в какую бы литературу я ни нырял, замечаю, что издатели далают плохой отбор, под маркой социологии «протаскивается» больше активизма под именем «исследований». 

Людей сейчас расхолаживают от того, чтобы заниматься самыми важными вопросами. Огромное количество ресурсов затрачиваются на каждый аспект знания, мы становимся настолько специализированными, что не можем охватить большие вопросы в своих областях.

— Рецензированные журналы: у учёного может быть много статей в журналах, но ни одной монографии. Является ли учёным тот, кто не следует этим критериям и только монографию написал? Как бы вы это прокомментировали?

— Это коварный, даже обидный для меня подход к академии. Я думаю, что это, честно говоря, смешно, нынешние требования к учёным. Экономические факторы делают нереалистичными ожидания содержательного исследования от учителя в колледже. Ранее делали учительскую карьеру, опубликовав всего 2 статьи. Нам нужно возвращаться туда. А мы идём в обратном направлении. Особенно что касается пользы исследования: часто она не может быть доказана. Это просто пустая трата времени.

— Популярные авторы формируют общественное мнение, но можем ли мы гарантировать надёжность «авторитетных» работ?

— Конечно, нет! Мне вообще не хочется говорить о надёжности людей – я бы хотел говорить о надёжности заявлений. Хорошие представители своей области могут быть, но есть несогласие в самой области. Авторитет в области значит, что эти люди авторитетны в правде. Каждого стоит проверять в отдельности.

Значение авторитета в академии это нечто коварное; привлекательное для журналистов, потому что им нравится иметь людей, которых можно цитировать. Но что касается исследования, когда кто-то действительно заботится о том, чтобы получить правду – вы должны быть своим собственным авторитетом. По факту, не то, чтобы то, что они говорят, ничего для меня не «весило», но я действительно чувствую себя виноватым, если позволяю им решать за меня. Это просто лень.

— Мой следующий вопрос касается «псевдонауки», или junk sciencе, как это называют в Штатах.

— Таковые есть только в популярном восприятии. У псевдонауки лишь репутация ненадёжной. Она может быть повёрнутой со сменой интеллектуальной моды. Её нельзя воспроизвести, она не по канонам. Впрочем, хоть у этого термина и нет ясного определения, именно в связи с природой объекта, он всё больше используется по мере политизации науки.

— Вы работали и работаете над несколькими проектами. Могли бы вы выбрать один, наиболее приложимый для научного исследования?

— Если вы хотите работать в сотрудничестве, я бы рекомендовал Citizendium. Он дружествен для академиков, не как Википедия, но при этом должен быть читабельным. Он будет не делать выводы, а организовать материал в статьи. Вы узнаете о нём больше в ближайшие годы. Я очень счастлив тем, что делаю. 

Добавить комментарий