Рик Пинкстен (Бельгия): Как креативно управляться с различиями 

Prof. Рик Пинкстен — исследователь культурной антропологии Гентского университета. Он был председателем Либеральной гуманистической ассоциации Фландрии, фламандской секции Гуманистической ассоциации (Бельгия). На сегодняшний день профессор состоит председателем Центра межкультурного общения и взаимодействия (CICI) Гентского университета. Вместе с Жераром Мортье он был сторонником создания прогрессивного музыкального форума «The Krook» в Генте. В 2004 году Рик Пинкстен получил премию «Ковчега свободного слова» за свою книгу «Художественное общество». Приводим его адаптированное интервью для «Гранита науки», данное в рамках подготовительного этапа международной междисциплинарной конференции «Менталитетная составляющая человека» — она начнётся уже 8 ноября в 21 по Киеву, следите за трансляциями на нашем Фейсбук-канале!

«Я много лет посвятил изучению человеческой идентичности с антропологической точки зрения. В частности, я работаю над антропологией познания, или — в бывшей терминологии — когнитивной антропологией. Я исследую разные традиции – например, очень отличающуюся от нашей традицию коренных американцев Навахо, а также традиции иммигрантов в Европе. Много публикую статей и часто участвую в конференциях по этому направлению. Также меня интересует такая практика, которая называется «этноматематика» — термин используется на протяжении последних 30 лет. Около 5 лет тому я выпустил книгу «Мультиматематичность» (очевидно, что название придумано по аналогии с «мультиграмотностью»): это синтез исследований на тему, как культурный контекст, разный во всём мире, влияет и развивать формальные способы мышления. 

Через несколько месяцев, в начале 2022 года, выйдет моя новая книга под названием «Математика и антропология», в соавторстве с французским коллегой. Мы фокусируемся на различных кейсах в мире, счетных системах и всём, что может помочь понять математический контекст шире, сравнивая разные традиции, а также вникнуть в отношения между типом обучения в культурном контексте и просто математикой. Книга выйдет в издательстве Springer (“Шпрингер”), которое специализируется в основном на hard sciences (науках негуманитарного направления). 

Для меня очень странно, когда про какую-то этническую группу говорят: «Да они просто неспособны к математике!». Это само по себе уже довольно глупо. Потому что есть скорее не врождённая «неспособность» к математике, а менталитет, который пользуется математикой не так, как ею привык пользоваться менталитет господствующий. 

Полностью изолированных культур не существуют. Уж точно не сегодня. Смешение культур происходит везде. Не существует никакой «эссенции» нации. Это не реальность, это идеология.

Мы не можем сказать, что математика началась на Западе. Китайцы уже поворачивали реки вспять, когда здесь еще ни о чем таком речь не шла, другие народы использовали математическое мышление в играх, в ритуалах. Но мы не видим это так, потому что это не те вещи, которые называем математикой мы. Мой товарищ называет то, чем я занимаюсь – математикой с маленькой буквы. А то, что мы учим в школах и делаем в Европе, нашем «мире городов», минимум 8 столетий – это просто дисциплина Математика. Она работает в технолонгии, потом работает в экономике, и если вы ее не знаете, то вы пролетариат. Как учить математике с учетом культурного и лингвистического бэкграунда – для меня крайне занятный вопрос. Но для начала нужно самому преподавателю понять, что математика – это не просто жёсткая стена, которую вам предъявляют и которая сейчас на вас упадёт и придавит всеми своими логарифмами.

Ученые в разных частях мира так или иначе «заряжены» своим культурным контекстом. Культура — это все, что может быть познано, и способы его познания. Онтологический дуализм, господствующий на сегодня, предполагает 2 базовые категории: люди и природа. Люди так относятся к природе, что стремятся её понять… чтобы управлять ею. То есть, природа находится как бы вне их. Яркий пример – Средиземноморье: люди собирают немного данных и говорят «вот, это знание!» Но такой подход — это нонсенс. Есть сотни других культур, где не рассматривают человека и природу в оппозиции. А мы застряли в онтологии такого рода. 

Лучше смотреть критически, чем сквозь призму очевидности. Всегда полезнее отступить на шаг со своей позиции.

Менталитет – это не очевидная концепция. В нём есть когнитивный аспект: как вещи себя презентуют людям. Эмоциональный аспект: как мы себя чувствуем, как реагируем, чего ожидаем. И так далее. Себя в плане менталитета я характеризую как «гуманист».

15-16 век, когда возникло течение гуманизма, можно представить более точно как время стремления к автономнии, ухода от гетерономии, которая говорила: просто соблюдайте правила, потому что Бог из другой реальности уже нам сказал, как надо себя вести. «Человек — мера всех вещей» (гуманистическое кредо) – это другой уровень ответственности, хотя и намного больше пространства для сомнений. Увы, на сегодняшний день мы застряли в этой оппозиции, унаследовав её от прошлого, и не додумали её дальше, сузили к отрицанию и всё. 

Я хотел бы также обратить ваше внимание на временной аспект менталитета. Мы живем в одном большом «сейчас», в моменте. Долговременные перспективы – это нечто отжившее, никто больше ими не мыслит. Катастрофы, пандемии и климатические кризисы случаются, и тогда люди частично из страха или солидарности такие перспективы развивают. Однако что мы слышим вот уже два года? Надежду, а у кого-то и уверенность, «вернуться к «нормальному». Нет, вы что, не видите, что то, что было – это ненормально, это приводит к катастрофе? Машины науки могут всё посчитать и предоставить вам целые выкладки, как мы сюда попали! Почему бы не прыгнуть вперед? Но нет, отвечает человек, «у меня есть своя личная свобода» и я хочу «вернуться к нормальному». 

Премьер-министры говорят детям, которые выходят на улицы с климатическими (и другими) протестами: «А ну, возвращайтесь в школы и научитесь чему-то!». Вам не кажется абсурдным такой призыв? Ведь они вышли за свое будущее! Они не хотят учиться тому, что привело всех нас в теперешнее настоящее! Но правительства тоже не мыслят долгосрочными перспективами. Временное измерение испарилось, как будто. 

Я написал книгу с соавторами Корнелисом и Рубинштейном о том, как европейская идентичность формировалась через столетия. Большинство европейцев – материалисты. Навахо, в отличие от них, удалось отстроить гармонию, или баланс, между феноменом и миром: согласно их пониманию, вы должны быть очень осторожны, когда действуете или что-то берете, потому что все взаимосвязано и на вас повлияет, к вам вернётся. Европейцы же, начитавшись Маркса, своим трудом трансформируют природу.

Влияние монотеизма, опять же, это лишь одна линия мышления, которую почему-то принимают за должное. В мире 6000 религий, в паре сотен из которых нет фигуры Бога (хотя люди и выполняют ритуалы). Монотеисты загоняют их в свою модель: поверьте в нашего Бога и тогда вы будете спасены. Это – разновидность расизма, по сути.

Мы забываем о динамике, которая происходит всё это время. Переплетение, взаимообмен… Смешно, что европейцы заявляют: «Вы должны быть открыты, чтобы взаимодействовать с остальным миром, чтобы продавать остальному миру свой товар!». Но когда речь идёт о том, чтобы принять беженцев, они сразу кричат, что Европа слишком мала и затолплена. При том, что у большинства сирийцев, например, высшее образование, так что принять их экономически выгодно.

Мы зависим от интернационализации, но не можем с ней справиться. Крайне правые пугают: «Они придут и заберут наше место». Это очень модно сегодня… Ну когда люди наконец научатся думать! 

Как креативно управляться с различиями — это пазл. Как можем мы не взаимодействовать с разнообразием?

Одна из моих книг называлась «Вещи умирают медленно». Это означает, что перемены происходят не сразу, а со временем, так, что люди могут даже этого не заметить. Несколько моделей могут существовать одновременно. Например, после Второй мировой войны, вследствие плана Маршалла, который предполагал щедрые инвестиции в Германию, многие у нас остались, конечно, фламандцами в еде и некоторых бытовых мнениях, но в целом жутко мериканизированы. Материализм, потребление – вот такие ценности сложились в обществе всего за два поколения! И сейчас уже о нас говорят так, как будто бы мы всегда были такими. Но у нас есть своя история, образование, книги – я даже начал писать и издавать книги на языке моей страны, настолько эта ситуация меня «достала».

Читайте также интервью со всемирно известным математиком из Киева Александром Шарковским и интервью с профессором Стивом Бестом из Техаса «Эта страна всё ещё отравлена расизмом»


Больше на Granite of science

Подпишитесь, чтобы получать последние записи по электронной почте.

Добавить комментарий

Больше на Granite of science

Оформите подписку, чтобы продолжить чтение и получить доступ к полному архиву.

Читать дальше