В плену алгоритмов: почему пропали научные открытия?

Вашему вниманию фрагмент из научной монографии «Философия Юга Италии», которая является результатом 6 лет экспедиций и глубинного исследования такого явления как криминальная традиция Юга Италии. Авторы труда — академик Олег Мальцев, профессор Виталий Лунёв.

То, что мы привыкли в научном мире 21 столетия считать философией, увы, никакой философией не является, а представляет собой лишь её элемент. Фактически я излагаю впервые программу изучения философии, давая ответ на вопрос как изучать философию, как подходить поэтапно к ее исследованию. Эта монография будет полезной не только учёным, будь то философы, социологи, историки или урбанисты. Эта монография окажется ценной и практичной для каждого, кто умеет читать и для каждого, кому нужны результаты в жизни. Потому как ключевая философская точка, с которой начинается движение по следам уже завершённого изыскания — это эффективность. Я уже 20 лет исследую эффективность. Эффективность как таковая — сугубо прикладная категория. Все люди на планете Земля хотят жить хорошо, счастливо и успешно. Это и есть проявление категории эффективности в жизни.

К сожалению, так сложилось исторически, что современная академическая наука исследуют лишь опосредованную часть, имеющую отношение к эффективности — по факту, только желания человека, неудачи, его боли и страхи. И работают современные ученые в данном направлении по определённым алгоритмам научной деятельности. Увы, но требования к этим алгоритмам, которые выставила академическая наука, ведут к очень слабым исследовательским результатам.

В этом легко удостоверится, обратив внимание на то, что научных открытий с каждым годом становится все меньше и меньше, по сравнению с достижениями ученых и большим количество научных открытий еще в недалеких 1930-х годах. Как им это удавалось? Они применяли метод исследовательской концепции. Сегодня же открытий в науке очень мало; без преуменьшения можно сказать, что их практически не представлено. И я понимаю, что подобного рода заявления вряд ли будут приняты «на ура», однако, всё же лучше смотреть в лицо фактам, чем поражениям.

Причина первичная заключается в требовании соблюдения алгоритма, который выдвигается в современной академической науке (в методологии науки). Выглядит он условно так:

 1. Первым этапом разрабатывается методика исследования и её кто-то должен разработать. Но какое количество времени на это потребуется — никто не знает. Возможно, год, а может и больше.

2. Затем происходит апробация методики. Это необходимо для реализации этапа валидизации (так, доказывается, что методика эффективна и работает). Апробация тоже требует времени, и этот этап тоже может длиться годами.

 А теперь представим себе следующую картину: допустим условно, как уже прошло, условно, 2 года, а учёный еще даже не начинал саму исследовательскую работу, поскольку всё время занимался подготовкой к началу исследования.

1. Наступил этап написания статей на эту тему.

2. Следующим шагом будет написание научно-методической работы, то есть монографии.

3. Только теперь учёный может приступать к исследованию. В это время научную монографию рецензируют коллеги-ученые, и на это также необходимо определенное количество времени.  

4. Теперь требуется подтвердить валидность методики (учёному на базе этого исследования важно не только обосновать математическими, статистическими и другими методами валидность методики, но и доказать всем, что она применима и даёт положительный эффект, разрешая поставленную на исследование задачу).

5. И только пройдя эти 6 этапов, ученый может приступить к настоящему исследованию выбранной научной темы (спустя прошедшие годы подготовки к нему).

6. Ученый получает определенные результаты исследования.

7. После этого пишется ещё одна монография, которая включает уже результаты исследования.

8. Но и это еще не всё. Теперь необходимо получить рекомендации от коллег кис пользованию результатов исследования. Именно так работают учёные сегодня. На мой взгляд, данная картина более чем наглядно демонстрирует, как с помощью такого алгоритма, который шаблонно требует современная академическое сообщество, ничего исследовать нельзя в принципе.

Доказательством этого является практически полное отсутствие научных открытий уже не один десяток лет. Такой алгоритм работы противоречит всем канонам академической науки, тем не менее, дела в науке, в том числе и в США, обстоят именно так. И мы имеем сложившийся в современной академической науке парадокс незаинтересованности в новых научных открытиях в силу имеющихся стереотипов к подходам в научной работе и шаблонных методологий.

Работа же с исследовательской научной концепцией позволяет сделать существенные шаги к разрешению этой проблемы. Исследовательская концепция — это незаменимый инструмент для любого ученого, которым, к сожалению, сегодня практически никто не пользуется (за редким исключением). Притом, ещё в первой половине 20-го века благодаря применению в научной деятельности исследовательской концепции достигались высочайшие научные результаты и научные открытия. Исследовательская концепция — один из наивысших инструментов научного познания. Великий ученый, генерал-лейтенант, академик Григорий Семёнович Попов в свое время (примерно 30е г.г. 20 столетия) дал следующее определение:

«Исследовательская концепция — не что иное, как идея, превращенная в методологию исследования, доведённая научными преобразованиями до надлежащего технологически приемлемого уровня».

Если нет исследовательской концепции — нет научной работы.

Именно исследовательские концепции хранят научные открытия. Исследовательская концепция чрезвычайно экономит время учёного и позволяет сразу приступить к работе, в отличие от методологии. Исследовательская концепция как инструмент более функциональна и эффективна, нежели методология. Таким образом, и получается, что современные ученые работают словно «задом наперед», осмысляя конечные данные последствий предмета исследования, пытаясь восстановить причины, выстроить методологию, что отнимает, по факту, не один десяток лет перед тем, как они приступают непосредственно к научной работе.

Самым эффективным способом исследования было бы исследовательскую концепцию превратить в технологию исследования, генерирующую идеи и подходы, решения и открытия, и только в конце писать методологию.

Схема исследовательской концепции, согласно академику Г. С. Попову, как механизм работы ученого, выглядит так:



Есть и ещё один немаловажный аспект, который надлежит затронуть. Так, открытия учёного со временем могут затеряться. Но исследовательская концепция не дает этого сделать. Она является гарантом сохранения данных. Имея исследовательскую концепцию, можно несколько раз проводить исследования, и получить те же самые валидные результаты. Исследовательские концепции являются хранителями. Если у ученого вся его исследовательско-методологическая работа построена методом исследовательских концепций, то достаточно посмотреть на его исследовательские концепции и сразу понятно, что будет в монографии.

«Каждая исследовательская концепция имеет многофункциональную реализационную систему применения» (Академик Г. Попов).

У исследовательской концепции существует как исследовательская сторона (её иногда описывают как некий теоретический этап), так и прикладная. Любую исследовательскую концепцию можно развернуть, и получится реализационная модель, вместо исследовательской.

«Исследовательские концепции могут комбинироваться между собой, что позволяет открыть тайны как прошлого, так и будущего» (Академик Г. Попов).

Эксперт, располагая в арсенале исследовательской концепцией, может достаточно длительный промежуток времени осмыслять ее широкий спектр применения. По сути, человека «замедляет» не существование исследовательской концепции, а скорость мышления человека и скорость осмысления того, как концепцию применить в широком спектре. Фактически, важны личные индивидуальные качества человека. В виду этого возникает классификация исследовательских концепций.

Согласно академику Попову, исследовательские концепции подразделяются на:
• частные (используются для конкретного случая);
• переменные (используются в серии подобных случаев, или в определенной плоскости);
• универсальные (имеющие принципиально широкий спектр применения).

К примеру, эксперт заключает, что некоторую исследовательскую концепцию можно применить в текущей исследовательской теме. В этот момент времени концепция становится частной. Или другой пример: ученый видит плоскость, в которой могут применяться та или иная исследовательская концепция. Так она сразу становится узко-плоскостной (переменной). Когда же ученый понимает достаточно глубоко исследовательскую концепцию, то он ее везде может применить как универсальную.

«Все исследовательские концепции тяготеют к универсальности и широкому спектру применения, но на разных стадиях их спектр применения может осмысляться значительными промежутками времени. Время — это стадии превращения исследовательской концепции в технологическую систему, с одной стороны, а с другой стороны, на это влияет практика ее использования и применения, а также текущий спектр задач ученых» (Академик Г. С. Попов).

Таким образом, существование классификации исследовательских концепций обусловлено не тем, что исследовательская концепция не имеет спектра (они все стремятся к универсальности), а тем, что человек может ими пользоваться ограничено, в связи с его личными качествами.
_____________________________________________________

✒️Подписывайтесь на наш Telegram канал «Гранит науки»
✒️Читайте нас на Яндекс Дзен

📩У нас есть страница на Facebook и Вконтакте
📩Журнал «Гранит Науки» в Тeletype
📩Прислать статью [email protected]
📩Написать редактору [email protected]


Больше на Granite of science

Subscribe to get the latest posts sent to your email.

Добавить комментарий

2 комментария “В плену алгоритмов: почему пропали научные открытия?”

Больше на Granite of science

Оформите подписку, чтобы продолжить чтение и получить доступ к полному архиву.

Читать дальше