Движение Black Lives Matter: что изменилось в обществе?

Данный вопрос обсуждался на одной из онлайн-панелей Кэмбриджской конференции и собрал едва ли не наибольшее количество вопросов от слушателей. Обсудить его собрались пятеро ученых, включая медиатора Камала Мунира, лектора по стратегии и политике Кэмбриджской бизнес-школы Джаджа. Он начал панель с упоминания о таком факте, что в марте 2021 года впервые за 800 лет ректором одного из колледжей Кэмбриджского университета (Хомертон) стал чернокожий Саймон Вулли, барон Вудфорд.

Однако большинство спикеров не разделили оптимизма модератора – более того, с их точки зрения, положение темнокожих граждан в английском обществе (как и в целом в Европе и США) ухудшилось. Сравнивали нынешнее положение дел с тем, которое сложилось 50 лет назад после так называемого «отчета Макферсона» — знаменитого судьи, который в 1997 году был назначен руководителем расследования убийства 22 апреля 1993 года чернокожего британского подростка Стивена Лоуренса. 350-страничный отчет, в котором сэр Уильям Макферсон дал более 70 рекомендаций, был назван газетой TheGuardian «одним из самых важных, значительных моментов в современной истории уголовного правосудия Великобритании». Некоторые из его рекомендаций включали создание и совершенствование механизмов подотчетности полиции, в том числе создание Независимой комиссии по рассмотрению жалоб на действия полиции, а также изменения в законе, позволяющие вводить положения о повторном судебном разбирательстве при появлении новых доказательств. Этот отчет был признан новаторским и определил повестку дня работы полиции на следующие два десятилетия. Его призыв к противодействию институциональной дискриминации в организациях, включая столичную полицию, считался беспрецедентным. 

Однако то, как нынешние правительства отреагировали на убийство полицейским в США другого афроамериканца, Джорджа Флойда, 25 мая 2020 года и поднявшееся за этим массовое движение BlackLives Matter, иначе как институциональным расизмом не назовешь, уверены ученые. «Гранит науки» предлагает своим читателям сокращенный перевод их выступлений на панели традиционной Кэмбриджской конференции 31 марта 2021 года.

Кахинди (Kehinde) Эндрюс, профессор Black Studies в Бирмингемском университете, активист и автор книг, включая «Новый век империй: как расизм и колониализм до сих пор правят миром» (The New Age of Empire: How Racism and Colonialism Still Rule the World):

-Появившиеся на высоких должностях черные и коричневые лица лишь легитимизируют расистскую политику партий «правого крыла». Плохая сделанность их отчета относительно движения BLM и несуразные рекомендации всего лишь доказывают его цель. Нам пытаются напомнить, например, что а Британской армии в Индии было больше индусов, чем британцев, которые устанавливали колониализм. Мы, дескать, должны посмотреть в лицо фактам. Нам рекомендуют «использовать данные ответственно, чтобы избежать непонимания и злоупотребления». Компании и госинституции лицемерно отдельными случаями назначения черных на ответственные должности типа «поддерживают разнообразие». Так что вещи изменились, да, и стало куда хуже. Теперь мы должны доказывать, что расизм существует!

Маятник качнулся пропорционально в обратную сторону после «отчета Макферсона» 50 лет назад. С моей точки зрения, смешно думать, что протесты изменят систему. Потому что это их система. Мы еще верили в движения, год назад молодые люди думали, что им удастся добиться реформирования общества, и вышли выразить гнев на улицы, относительно постоянного преследования черных, полицейского насилия и системного расизма. 

Я ничуть не фрустрирован, это даже забавно. Луше всего, я думаю, создавать собственные организации. Эта система против нас, так что мы ищем в ее институциях? Что нам действительно следует делать, так это создавать альтернативу. 

Али Мехджи, лектор по социальному неравенству в Кэмбриджском университете:

— В чем цель движения? У каждого движения есть своя цель. Боб Марли говорил, что цель антирасистского движения – это сделать так, чтобы цвет кожи больше ничего не значил. Было бы неплохо пересмотреть и, возможно, избавиться от многих принятых категорий в нашей социальной реальности. Мир стал бы совершенно другим местом для жизни. Вообще многим из наших общественных категорий, возможно, следует перестать существовать, несмотря на политические экономии, настроенные вокруг них…

Что мы видели после убийства Джорджа Флойда? Протесты были не только в Штатах и в Британии, но и по всему миру. Кенийцы присоединились во Франции, черные в Португалии, Новой Зеландии, Бельгии, ЮАР. Статуи колониалистов, таких как Эдвард Колсон и король Леопольд II, были повержены. По факту, убийство стало катализатором, который взорвал антирасистские, антиимперские настроения по всему миру. Для этих людей расизм в Штатах стал не только расизмом в Штатах, но был увиден как колониализм, компонент миропорядка, основанного на принципах «превосходства белых» (White supremacy). Группы, борющиеся против несправедливости, соединились вокруг этого в коалицию, продемонстрировавшую транснациональную солидарность и связь антирасистского и антиколониалистского движений — так называемая «отклоняющаяся проблема» ХХ века.

Но соглашусь, что если вещи и изменились, они изменились только к худшему. 

Трамп запретил учить критике теории расизма в общественных институциях. В Британии также простесты добились лишь того, что закапсулировать государство от любого вида критики. Премьер Борис Джонсон задействовал такие механизмы, чтобы общество закапсулировалось от изменений вообще. Люди, дескать, «должны обрести позитивное видение, оставив свои грязные инсинуации»… Это говорит яростное желание оградить прошлое Британии от политического расследования. 60% бангладешских детей и 50% пакистанских живут в Британии в бедности – но это не означает расизма, как же.

Статус кво пока сохраняется. На государство более полагаться нельзя. Мы должны сделать то же, фактически, что и 100 лет назад, когда поднялся вопрос об аболиционистской демократии, или даже в XVIII веке, когда английские квейкеры и осуждение ими рабства стало частью европейского движения Просвещения. Кстати, не будем забывать о том, что Акт о расовых отношениях 1965 года, запрещавший расовую дискриминацию в общественных местах, сопровождался иммиграционными актами, которые запрещали въезд в Британию «черных» и «коричневых».  

Моника Морено Фигьероа, старший лектор по социологии в Кэмбриджском университете:

-Я вижу позитивные изменения только в том, что теме уделено огромное, беспрецедентное внимание, об этом говорят везде. Но, знаете, то, как люди понимают расизм, очень разнится. Как и антирасизм может быть очень разным. Например, то, что я выступаю сегодня на этой конференции – тоже форма антирасизма. Понятием «расизм» манипулируют, редуцируя его до отношения, до поведения, до микроагрессии. А микроагрессия – это выражение более широких феноменов! Как сказала Сара Ахмед, институциональный расизм – это не какая-то «ошибка», это организованные, «оркестрированные» действия институции. 

В Латинской Америке свой микс понимания расизма, там очень распространено перекладывать вину на жертву. Недавно, например, полицейский убил сальвадорийскую женщину по имени Виктория в Мексике, сломав ей шею – как и в случае с Флойдом в США. Ясность связи между этими двумя случаями очевидна. В США тоже пытались говорить, что «черных» надо карать за то, что они делают, вообще. При этом забывали посмотреть на условия, из которых они совершают свои предосудительные в обществе поступки. 

Непродуктивно действовать из ненависти, сколь бы оправданной она ни была. С кем мы работаем, где мы застряли и почему истощены – вот что нужно понять всем, кто относит себя к антирасистскому движению. Мы должны посмотреть все, что мы делали до этого – и что не привело ни к какому результату – и сделать что-то новое. 

Становимся ли мы ближе к результату? Этим вопросом задается все больше и больше активистов. Но когда мы за что-то собираемся бороться, это ощущение пустоты и безнадежности — это первое, что система делает с нами: она хочет заставить нас думать, что нет решения; ощущать отчаяние. 

Но я не сдамся. Академический активизм — это работа, которую я должна сделать, и, знаете ли, счастлива, что ее делаю. С одной стороны сердце всякий раз разбивается, когда мы сталкиваемся с жестокими фактами, с другой – это вызов. Откуда мы знаем то, что знаем? Что будет работать? Нам нужно «соединить точки» и тем превозмочь этот эмоциональный эффект подавленности у каждого индивида и коллектива. Мы злимся, мы расстроены, травматизированы, потому что нам говорят, что не может быть так, как мы хотим, вообще никогда. И лишь соединив наши усилия, мы можем сделать возможными структурные изменения. Нужно верить, что преимущества и привилегии – это и для нас тоже. Я хочу, чтобы мы воспринимали это как интересный вызов. Я не говорю о веселье, но интересно найти путь к выходу. Расизм, так же как сексизм, как и катастрофа окружающей среды – это ни для кого не хорошо. 

Прагья Агарвал, отмеченная наградами ученая-бихевиорист и автор книги «Раскрывая подсознательную предвзятость» (SWAY: Unravelling Unconscious Bias):

— Международное влияние движения BLM нельзя отрицать. Люди стали говорить не только об эксплицитных формах расизма, которые обычно признавались, но и о тех предвзятостях, которые глубоко засели в нашем обществе и создают барьеры для людей с не белым цветом кожи. 

Доминирующий нарратив – кто его создает, кто способен его создавать? Власть и привилегия, как они приобретаются? Связь между индивидуальным и институциональным расизмом, как они заводят друг друга? Системные и структурные барьеры — или микроагрессия? Общество массово задумалось над всеми этими вопросами, что, с моей точки зрения, свидетельствует о конструктивном изменении. 

Белая превосходство существует, и это факт. Хотя мы много говорим об этом ничего особо не изменилось. Движения — это мобилизация, они время от времени возникают, но нам стоит задуматься о том, в чем адвокация антирасизма ошибается, что до сих пор нету явного результата всех наших усилий.

Появилось больше дискурса на эту тему в медиа. Как будет выглядеть пост-расистское движение, как выглядит идеальная картинка? Академический активизм должен добавить людям знания о теории расизма. Как он начался, как вообще было сконструировано данное понятие. Нам стоит вести не осуждающий дискурс, без предвзятости, которая мешает решать любые вопросы.


Больше на Granite of science

Subscribe to get the latest posts sent to your email.

Добавить комментарий

Больше на Granite of science

Оформите подписку, чтобы продолжить чтение и получить доступ к полному архиву.

Читать дальше