Как мы создаем реальность: Евгений Головаха о самосбывающихся пророчествах

Феномен самосбывающихся пророчеств влияет на все сферы нашей жизни: от семьи и межличностных отношений до социальных, экономических и политических событий. Не зная этого феномена, можно стать объектом манипуляций или оказаться в нежелательных жизненных обстоятельствах; но, понимая, как он работает, управляемо создавать свое будущее. Вашему вниманию интервью с психологом и социологом Евгением Головахой, который изучал явление самосбывающихся пророчеств. Видео интервью в конце статьи.

Евгений Иванович Головаха — доктор философских наук, директор Института социологии НАН Украины. Автор более 600 научных публикаций, в которых разработаны оригинальные концепции структуры групповой деятельности, психологического времени, саморегуляции жизненного пути человека, этапов трансформации посттоталитарного общества и его социальных патологий. В разное время был членом исследовательского комитета политической социализации Международной ассоциации политических наук, Европейской ассоциации экспериментальной социальной психологии и Американского научного общества исследований личности и социальной психологии.

— Евгений Иванович, в нашем прошлом интервью мы с вами затронули тему самосбывающихся пророчеств. Вы говорили, что этот феномен в какой-то момент привлек ваше внимание. Расскажите, когда и почему эта тема стала объектом ваших научных изысканий.

— Дело в том, что сам этот феномен вызвал у меня большой интерес в связи с изучением проблемы жизненной перспективы человека. Моя докторская диссертация называется «Жизненная перспектива и профессиональное самоопределение молодежи». Важнейшим элементом самой концепции о том, как жизненная перспектива связана с самоопределением человека, было представление о будущем как пространстве конструирования жизни. Конструировать прошлое вряд ли возможно, оно уже произошло. Оно хранится в нашей памяти, и только обманывая себя, можно что-то в прошлом изменить. Прошлое — это уже во многом незыблемый базис существование. А конструирование нашего настоящего, нашей текущей жизни, это вопрос сложный. Настоящее происходит здесь и сейчас, ухватить его бывает довольно сложно. И только будущее — это реальная сфера конструирования жизни. И когда я думал о том, какие вехи конструирования можно рассмотреть (это, собственно, и определяется понятием жизненной перспективы), изучал литературу, связанную с этим, и наткнулся на исследования связанные с самосбывающимися пророчествами.

Определение этого явления — «self-fulfilling prophecy» (SFP) — было дано известным социологом Робертом Мертоном. Описал он его в своей статье 1948 года на примере банковской сферы. Он писал, что если группа людей заподозрят, что банк может обанкротиться и пойдут забирать деньги, а другие, посмотрев на них, тоже начнут снимать свои средства, то в итоге начнется паника и банк действительно «лопнет». Таких феноменов в банковском деле было достаточно много. Но, конечно, не сам Роберт Мертон является первооткрывателем этого феномена. Его проявления мы видим еще в древней мифологии. Но Мертон первым ввёл это понятие в научный оборот.

Роберт Мертон

Потом я уже стал изучать феномены, которые с ним связаны, и это было невероятно интересно. Например, американский психолог профессор Роберт Розенталь провел потрясающе интересные исследования, результаты которого получили название Феномен Розенталя или Феномен Пигмалиона. Эти исследования вывели меня уже далеко за пределы моей докторской диссертации, потому что я как социолог стал понимать, что наша сфера знаний достаточно зыбка — именно благодаря исследованию Розенталя. Что для меня тогда было важно: будущее человека реально в зависимости от того, насколько реальным он воспринимает то, что он видит в настоящем или предвидит в будущем.

Даже если чего-то в настоящем нет, но человек считает это реальным, то оно может начать существовать в будущем. Получается, что мы творим свое будущее фактически из ничего! То есть, мы сами себе сначала придумываем настоящие, которое отличается от объективной действительности, но мы его видим и оцениваем как реальность, и тогда мы прилагаем усилия, чтобы в будущем это реализовать. И это не мистика.

Есть такое интересное понятие в социологии, которое называется Теорема Томаса. Американский социолог Уильям Айзек Томасс был одним из творцов социальной психологии и считается отцом эмпирической социологии. В его концепции самым важным было понятие социальной ситуации. В одной из своих работ он, рассматривая социальную ситуацию, отметил, что, если мы, определяем ситуации как реальные, они будут иметь реальные последствия. Это яркий пример самосбывающихся пророчеств. Если мы считаем, что банк «лопнет», хотя никаких предпосылок нет, то последствия могут быть таковы, что банк действительно обанкротиться. И таких примеров очень много, как мифологических, так и исторических (люди считали нечто несуществующее реальным, а потом это имело последствия в действительности).

Этот феномен следует учитывать в понимании того, как люди формулируют свои представления о событиях будущего. Ибо у меня в концепции главным понятием было событие. То есть будущее выстраивается из предполагаемых событий жизни человека.

И вот эта жизненная перспектива построена на определенных событиях. Эти события становятся элементами сознания человека благодаря тому, что у него есть система жизненных планов, жизненных ориентаций и жизненных ценностей. Эти три компонента сознания выстраивает цепь событий, на которые человек ориентируется. Я сосредоточился на профессиональном самоопределении молодых людей, и в своих исследованиях проверял мысль: если человек сам конструирует свое будущее (то есть его жизненная перспектива полноценна, наполнена взаимосвязанными событиями), то в этом случае шансов на реализацию у него больше. Вот это и есть самосбывающиеся пророчества. Такого рода феноменов очень много. Я их наблюдал в своих исследованиях, и они встречаются в исследованиях многих других ученых.

— Почему вы перестали изучать эту тему?

— В другом своем исследовании я в сотрудничестве с психологом  Александром Кроником пытался создать новое направление психологии – так называемую конструктивную психологию. Основная идея этого направления заключалась в том, что психика — это нечто сконструированное. Не всегда сознательно, но сконструировано человеческой практикой. То есть мы двигались от зачаточных элементов мышления и сознания, постепенно накапливая все более и более сложные психические конструкты, которые становились механизмами саморегуляции человеческой деятельности – его творчества, его социального развития; а соответственно развития общества и цивилизации в целом.

Наше сознание стихийно развивалось от зачаточного состояния, свойственного нашим далеким предкам, до состояния, когда мы можем создавать такие вещи, как Общая теория относительности. Наша идея была в том, что мы теперь могли бы построить стройную концепцию целенаправленного формирования новых механизмов регуляции психики, и тем самым способствовать возникновению новых психических феноменов. По этой теме у нас было несколько публикаций, и мы даже провели две конференции. Это было в конце восьмидесятых годов прошлого века. У нас стали появляться последователи.

Размышляя в этом направлении, я в определенный момент обратил внимание на то, что у человека нет механизма произвольного забывания. Механизм произвольной памяти есть — вы можете что-то произвольно вспомнить, какие-то события из своей жизни или воспроизвести прочитанное в книге. Но у вас нет механизма произвольного забывания. Непроизвольное есть, и это – ужасно. Мы на экзаменах забываем самые элементарные вещи. Но если вы хотите что-то забыть (например, у вас был очень печальный или травмирующий опыт – кто-то вас оскорбил или вы сами совершили недостойный поступок), то не сможете. Нет соответствующего механизма. 

И это очень интересно. Как будто бы сам Господь Бог не дал нам этого механизм. Вот внимание, например, есть непроизвольное и произвольное. Вы услышали звук и обратили на него внимание, а можете сознательно обратить внимание на то, что хотите. Мышление – то же самое. Вы можете произвольно совершать какой-то логический мыслительный процесс, а можете непроизвольно, скажем так, интуитивно мыслить.

Евгений Головаха и Александр Кроник, 1987 год

То есть, всё парно — все основные психологические функции. Кроме памяти. И я решил создать метод произвольного забывания. Мы же говорили о конструктивной психологии, значит нужно сконструировать такой механизм. И я почти, как мне тогда казалось, разработал схему, как это можно делать. На себе и на своих близких я проводил первые тесты. Они были не очень успешные, но мне показалось, что перспективы и возможности у этого метода есть. Я был сильно вдохновлен. И тут у меня в жизни произошли события, которые мне показали, что этот механизм может стать очень страшным оружием. Если у кого-то появится, возможность, используя мой гипотетический  метод, убивать воспоминания, то это будет мощнейший способ зомбирования. Да, для взрослых этот метод допускал только добровольное сотрудничество психолога и клиента. Но ведь его можно применять и к детям. Кто знает, в чьи руки такой инструмент попадет? Поэтому, я принципиально принял решение, что формировать механизмы управления психикой я не буду. Это для себя. Я никому не даю никаких рекомендаций.

Так самосбывающиеся пророчества превратились для меня в научную и даже смысложизненную проблему. Когда мы оцениваем ситуацию как реальную и делаем все, чтобы эта ситуация произошла в будущем, то аналогичная ситуация возможна и в прошлом — оцениваем прошлое как неадекватное и неприятную его часть вычеркиваем. И это может стать механизмом манипуляции человеческой психикой. Посему я от этих исследований отказался. Манипуляции прошлым могут быть также опасны, как и манипуляции будущим.

Я вам приведу простой пример. Ведь можно убедить людей в том, что они неправильно живут. Как сегодня российское руководство  пытается убедить своих граждан и самих украинцев в том, что Украины не существует, и что мы сегодня живем на исконно российских территориях. Абсолютно неадекватная интерпретация исторических реалий, но, тем не менее, если люди поверят, что Украину создал Ленин и украинцев как нации быть не может, то и действия это повлечет соответствующие. Вот такие способы манипуляции прошлым сегодня используются в политическом контексте.  

Я считаю, что главная задача психологов и социологов состоит не в том, чтобы разрабатывать подобные механизмы, а чтобы показывать, как они работают, как можно защитить свою психику от манипуляций, основанных на интерпретации выдуманных ситуаций и событий как реальных. Необходимо просвещать людей. Чем мы с вами, надеюсь, и занимаемся в рамках данного интервью.

Действительность нужно воспринимать критически. И если вы определяете нечто реальным, или люди вокруг вас определяют нечто реальным, то это вас вовлекает очень часто в странную и сложную ситуацию – действительность становится такой, как вы или ваше окружение ее определяет, и это может противоречить вашим интересам.

Приведу вам пример. В одном из американских кампусов проводился эксперимент. Как известно, зачастую на первом курсе университета студенты много пьют, во время моего студенчества так и было. Казалось бы, явление понятное – молодые люди получили условную свободу от родителей и их контроля. Но когда американским студентам задали вопрос об их отношении к частому употреблению алкоголя, большинство из них сказали, что очень устали от такой формы досуга. Спросили: почему же вы тогда пьете? Ответ: потому что большинство пьет, а я не хочу быть «белой вороной». Поразительно! Большая часть студентов не хочет настолько часто употреблять алкоголь, но делает это потому, что, якобы, большинство этого хочет. Дивный феномен. Они неадекватно оценивали ситуацию, но оценивали ее как реальную, и поэтому большинство считало, что так принято. Вот вам пример того, что такое неадекватная оценка ситуации. Ситуация была оценена большинством неверно, и расходилась с действительностью, но последствия были настоящими — они пьянствовали.

Роберт Розенталь (1933-2024)

Это очень опасный механизм. Люди должны осознавать, что очень часто то, что они сами считают реальной ситуацией, может быть далеко от действительности, и если им не нравится то, что они интерпретируют, они должны трезво оценить все возможные последствия. Исходя из этого, уже скорректировать своё поведение. Это очень важно.

Были и другие очень интересные исследования, которые показывали, что человек оценивает происходящее в зависимости от того, как ему эту ситуацию описали. Например, знаменитые первые эксперименты Роберта Розенталя, из-за которых я как социолог всерьез задумался над адекватностью любых методов социальных исследований. Один из первых его экспериментов был на мышах. Трем группам студентов он дал мышей, сказав, что животные имеют разный интеллектуальный уровень. Необходимо было исследовать, как мыши пройдут лабиринт. Одной группе студентов сказали, что для них были отобраны самые умные мыши, второй – мыши со средним интеллектом, а третьим достались самые глупые животные, которые якобы плохо справлялись с задачей прохождения лабиринта. В действительности же все мыши были одинаковыми – их отобрали случайным образом. Эксперименты показали результаты, которые ожидали студенты: «умные» мыши быстро справились с задачей, «глупые» — намного медленнее, а со средним интеллектом показали средние результаты. Мнение студентов о мышах оказалось важнее, чем реальное поведение животных. Бессознательно студенты создавали все условия, чтобы их мыши прошли лабиринт так, как им полагалось согласно якобы их интеллектуальным способностям.

Если в случае сбывающихся пророчеств, это механизм сознательных действий, когда человек начинает действовать соответственно, то тут речь идет о бессознательном поведении. В 1964 году Роберт Розенталь вместе с Ленор Якобсон провели похожий эксперимент с детьми в школе – указали учителям на учеников, у которых якобы есть большой потенциал для развития умственных способностей. И к концу года эти дети показали более высокие результаты в учебе по сравнению с остальными. Выбрали детей случайным образом, но учителя, исходя из своего предубеждения, способствовали их развитию больше, чем другим ученикам.

Был очень интересный случай в начале 20 века – история с так называемым умным Гансом — конем, который якобы умел считать. Ему давали простые математические задачи, и он копытом отбивал ответ. Но когда этот случай стал изучать немецкий психолог Оскар Пфунгст, оказалось, что конь не умеет считать – он просто отслеживал реакции людей и переставал бить копытом в нужный момент.  Как видим, стремление предугадывать с желательным результатом свойственно не только людям.

Умный Ганс во время уличного представления, 1912 год

Самосбывающиеся пророчества — это всеобщий феномен того, как сбывается и что сбывается в этом мире. Главная задача тех, кто понимает суть этого феномена, заключается в том, чтобы разъяснить людям все возможные последствия. Учитывая, что кроме самосбывающихся есть еще и саморазрушающиеся пророчества — когда вы делаете какой-то прогноз для того, чтобы он не реализовался.

Например, алармистские предсказания климатических катастроф — это классика, саморазрушающегося пророчества. Экологи предрекают, что через N-ое количество лет начнутся необратимые катастрофические события на планете, на это начинают обращать внимание политики, которые предпринимают определенные меры, и в результате этот прогноз не сбывается, даже если первоначально он был правильным.

Можно манипулировать реальностью, делая неадекватные прогнозы, для того, чтобы люди предпринимали нужные кому-то действия.

А ведь именно это сейчас делают некоторые политики Запада: они говорят о том, что Украина не сможет победить, поэтому не надо ей ничем помогать. Так и запускается механизм самосбывающегося пророчества, чтобы лишить Украину возможности сопротивления. В этих категориях сейчас часто интерпретируют действительность политики. Например, бывший посол США в Украине Уильям Тейлор сказал, что постоянное нагнетание сомнений о возможности ВСУ к дальнейшему сопротивлению может стать для западных политиков самосбывающимся пророчеством. Если они не верят в наш потенциал, то перестанут уже сейчас давать средства и ресурсы, и тогда сопротивляться мы действительно не сможем.

Давайте уйдем с высокого политического уровня, и спустимся на микро-уровень — к семье. Как еще писал доктор Бенджамин Спок, есть два способа воспитания: поощрение ребенка в его даже самых незначительных успехах или пренебрежительное отношение даже к самым маленьким неудачам. Очевидно, что поддержка поможет ребенку стать более успешным в будущем, а постоянное нагнетание, что он ни на что не способен, сделают из него неудачника. Однако тут тоже есть нюанс – если ребенок нонконформист, то при постоянном угнетении он назло станет успешным, потому что в основе его побуждений лежит протест. Таких меньшинство. Поэтому надо уметь определять тип личности, с кем и как работать.

— Евгений Иванович, я нашла цитату профессора Тель-Авивского университета Дова Эдена, и хотела бы вам ее озвучить: «Эффект Пигмалиона — великая наука, которая недостаточно применяется. Она не имеет того значения, которое должно иметь в мире, и это очень разочаровывает». Так понимаю, что вы разделяете его позицию? И можем ли вы говорить о том, что если бы мы больше знали об этом феномене, понимали, как он работает и начали бы управляемо его применять в жизни, то мы бы и меньше были подвержены его негативным эффектам. На примере той же политики: видим, что начинается дискурс, который может привести к нежелательным последствиям, принимаем меры.

 — Да, я считаю, что это вполне адекватное высказывание. Этот феномен заслуживает серьезного внимания, как я уже говорил, он проявляется во многих сферах нашей жизни. Приведу еще пример, связанный с методологией исследований.

Уже после Розенталя, было очень много различных исследований, которые проводили социологи на респондентах, а психологи на испытуемых, и выяснился вот какой эффект: предвосхищение результата. Оказывается, наши респонденты и испытуемые, если с уважением относятся к исследователю, то пытаются предугадать тот результат, который ему понравится. Они хотят, чтобы их ответ выставил их в лучшем свете в глазах уважаемого ими человека.

Стоит ли говорить о том, насколько огромный отпечаток на ответы респондентов накладывает политика? В тоталитарных государствах проводить опрос об отношении к вождю бесполезно. В СССР был бы в 99% ответ – «положительно». В России мы знаем, что сегодня – это 87%. За Саддама Хусейна в Ираке были бы все 100%.

Как мы можем относиться к данным, если респондент хочет понравиться и дает соответствующие ответы, а не те, которые бы отражали действительность? Чтобы избежать влияния этого фактора социологами созданы специальные инструкции для интервьюеров и методики опросов. В моем отделе в Институте социологии НАНУ мы как раз занимаемся методологией и в свое время создали методику для оценки  возможного искажения ответов, которая называется «Индекс субъективной надежности респондента». Есть объективная надежность – самого опроса, а есть субъективная – насколько люди себя оценивают по различным показателям надежности в ходе исследования. Это очень сложная проблема, перед которой всегда оказываются социологи, и здесь важно учитывать влияние эффекта Розенталя (Пигмалиона).

Любопытные эффекты связаны с вопросами морали. Приведу пример по результатам своих исследований. Как вы думаете, когда у человека спрашивают, считает ли он себя нравственным человеком, сколько респондентов отвечает положительно?

— Думаю, что большинство считают себя нравственными людьми.

— Да. В среднем, по разным позициям, это более 90%. А когда их спрашивают о нравственности других людей, как считаете?

— Скорее всего, большинство людей считают окружающих безнравственными.

— Именно так. И вот вам неадекватное представление людей относительно действительности в обоих случаях. Вместо оценки действительности, мы создаем ситуацию, которую считаем реальной – мы нравственны, а окружающие — нет. И отсюда начинаются интерпретации и самосбывающиеся пророчества. Если вы к людям относитесь, как к безнравственным, они себя, скорее всего, именно так и будут вести. Я назвал это феноменом «аморального большинства».

Считаю, что этот феномен заслуживает особого внимания, причем не только специалистов, а прежде всего все тех, кто могут влиять на общественное мнение. Они должны обязательно рассказывать об этом и адекватно интерпретировать действительность с учетом этого феномена.

— Евгений Иванович, спасибо вам большое за интервью.

— И вам спасибо. Успехов.

_____________________________________________________

✒️Подписывайтесь на наш Telegram-канал и смотрите видео
на канале в YouTube

📩Прислать статью [email protected]
📩Написать редактору [email protected]

✒️Читайте нас на Яндекс Дзен
📩У нас есть страница на Facebook и Вконтакте
📩Журнал «Гранит Науки» в Тeletype


Больше на Granite of science

Подпишитесь, чтобы получать последние записи по электронной почте.

Добавить комментарий

Больше на Granite of science

Оформите подписку, чтобы продолжить чтение и получить доступ к полному архиву.

Continue reading