Великий и ужасный Жан Бодрийяр: распознаватель симулякров и могильщик утопий

Великий и ужасный Жан Бодрийяр: распознаватель симулякров и могильщик утопий 1

«Поговорим о мире, из которого исчез человек. Исчезновение, а не истощение, затухание или уничтожение. Истощение ресурсов, вымирание видов — это природное явление. Человек — единственный вид, который изобрел особый способ исчезновения, не имеющий ничего общего с законами природы. Возможно, даже — искусство исчезновения».

Так великий французский социолог, культуролог и фотограф Жан Бодрийяр охарактеризовал мир, в котором прожил до 2007 года, до 77 лет. 

Великий и ужасный Жан Бодрийяр: распознаватель симулякров и могильщик утопий 2

Кто же остался в мире, из которого исчез человек? Мира, в котором эстафету Мифа Равенства  из модерного общества перенял Миф Счастья? Мира гиперреальности, то есть утраты реальности, в котором, пользуясь марксистскими терминами, «надстройка» определяет «базис», труд не производит, а социализирует, а представительские органы власти никого не представляют?

Остались – СИМУЛЯКРЫ.

Эти создания появились в 1981 году. «Симулякр — это вовсе не то, что скрывает собой истину, — это истина, скрывающая, что ее нет. Симулякр есть истина. (с) Экклезиаст» — таким эпиграфом Бодрийяр начал свою работу «Симулякры и симуляция», в которой исследовал взаимосвязи между реальностью, символами и обществом. 

Все, надеюсь, понимают, что лингвистические цепочки Книги Экклезиаста в корне другие. Вот откуда взялись фейковые цитаты Ницше, Фрейда и т.д. на разноцветных фонах с глубокомысленными их фотографиями! Первым придумал так «троллить» публику Бодрийяр.

Он берёт метафору из рассказа Борхеса «О строгой науке» о великой империи, которая создала карту, размерами равную ей самой. Когда империя распалась, осталась карта. По Бодрийяру, мы живём именно в такой карте реальности – а не в самой реальности, которая давно уже успела трансформироваться с тех пор, как мы её картографировали. Рассыпаться за ненадобностью: никому ведь она не нужна, никто к ней не обращается, все довольствуются картой. 

Мы доверяем своему впечатлению от рекламы больше, чем качеству самого продукта, статье в СМИ о человеке больше, чем ему самому, школьному учебнику истории больше, чем старинным трактатам в мировых библиотеках – вот что такое жить в симулятивном мире, мире-симуляторе. 

Симулякр – это копия, изображающая что-то, либо вовсе не имевшее оригинала в реальности, либо со временем его утратившее.

По иронии судьбы, Бодрийяр сегодня стал симулякром самого себя. Один острослов, писатель Борис Виан, даже придумал меткое словцо: «бодрийякр». От Жана остались одни его работы, полсотни научных работ – и при этом никто толком не узнал, что это был за человек, как он жил, чем дышал. 

Зато широко публично известно его эссе об антииракской кампании США 1991 году «Войны в Заливе не было», в котором он, основываясь на своей теории «гиперреальности симулякров», делает вывод, что это была первая в мире «виртуальная война», события которой были полностью сконструированы СМИ. В другом эссе, «Дух терроризма», он развил эту тему, говоря о терактах в США 11 сентября 2001 года – «начале Четвёртой мировой войны, в которой глобализм противостоит самому себе».

Симулякры не основываются на реальности и не прячут ее, они скрываюттот факт, что ничто из реальности больше не релевантно нашему пониманию. Общество стало настолько насыщено этими симулякрами, а наша жизнь – навязанными обществом конструкциями, что всякий смысл оказался незначительным и бесконечно изменяющимся. Индивиды приписывают себе свободу, рациональность и стремление к счастью. Критерием счастья выступает удовлетворение потребностей.Потребности эти, впрочем, никоим образом не связаны с реальными, если только речь не идёт осмерти – последнем бастионе реальности.

Бодрийяра ещё называют «могильщиком утопий». Представляя себе вещи, называя их и определяя, человек обеспечивает их существование и, в то же время, обрекает их на гибель, тонко отделяя от грубой реальности. «Возьмем глобализацию: если о ней столько разговоров, как о чем-то очевидном, как о бесспорной реальности, — это, возможно, потому, что она уже прошла точку своего наивысшего распространения, и сейчас мы имеем дело с чем-то другим», — замечает Бодрийяр. Реальность ичезает в своём концепте – при этом существует и противоположное движение: концепт, идея (а также и фантазия, утопия, мечта, желание) также исчезают посредством своей реализации.

В одной из последних своих работ, «Почему ещё всё не исчезло?» Бодрийяр, впрочем, даёт человечеству надежду: 

«Благодаря неограниченному развитию технологий — как ментальных, так и материальных — человек способен реализовать до конца свои возможности и в то же время ускользнуть, оставив искусственный мир, исключающий человека – в мир производительности».

Добавить комментарий